ВведениеОхватившая весь мир пандемия коронавируса COVID-19 внесла значительные негативные изменения во все сферы человеческой деятельности. Официально объявленная Всемирной организацией здравоохранения дата 11 марта 2020 г. стала точкой отсчета для многочисленных попыток не только устранить или минимизировать последствия пандемии, но и каким-то образом подсчитать последствия от всемирного бедствия.К числу наиболее пострадавших от COVID-19 отраслей на международном, федеральном и региональном уровнях в первую очередь принято относить экономику, что вполне понятно и очевидно. Практически все показатели на макро-, мезо- и микроэкономическом уровнях отреагировали отрицательными значениями темпов роста. На этом фоне значительно сократилось как число предприятий (в первую очередь малого бизнеса), так и число работников, занятых в экономической сфере.Необходимо заметить, что одними из первых публикаций в научной литературе, отражающих вышеописанные явления, стали публикации экономической направленности [1–3]. Такого рода исследования, как правило, сопровождались числовыми выкладками, подтверждающими негативные пандемийные процессы.В то же время исследования социальной сферы на региональном уровне в данных условиях можно признать не столь многочисленными. К тому же зачастую в них качественный анализ превалирует над анализом количественным [4, 5], числовые характеристики влияния эпидемии коронавируса на социальное региональное развитие практически отсутствуют. Социальное развитие регионов и определение его уровняАнализируя последние тенденции в области региональных исследований, можно заметить, что традиционно сложившийся подход рассмотрения социально-экономического развития как единого целого [6, 7] терпит значительные изменения. Социальная компонента в трудах многих авторов признается доминирующей [8, 9], чему способствует значительное количество факторов. Основные из них, на наш взгляд:– постиндустриальные процессы, в той или иной мере реализующиеся на территории нашей страны; – признание России социальным государством; – ориентация органов власти федерального уровня на всемерное повышение качества жизни населения.Таким образом, сложившаяся достаточно давно постановка вопроса о главенствующей роли экономического роста в качестве наиболее важной компоненты социально-экономического развития регионов Российской Федерации сегодня отходит на второй план, сменяясь доминированием и индивидуальным рассмотрением развития социального. Не случайно в паспорте специальности «08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством» в пределах раздела региональной экономики существует пункт 3.14 «Проблемы устойчивого сбалансированного развития регионов; мониторинг экономического и социального развития регионов», в котором экономическая и социальная составляющие принципиально обособлены.Выделив региональное социальное развитие как отдельно взятую компоненту, вполне уместно попытаться определить его уровень, причем хотелось бы иметь универсальный подход, позволяющий получить объективные и компаративные данные относительно уровня социального развития регионов РФ. Сегодня в силу немногочисленности трудов в данной области, значительной дифференциации в авторских подходах и присутствия во всех методиках человеческого фактора говорить об универсальности, объективности и компаративности не представляется возможным.Сложившаяся практика ассоциации уровня социального развития регионов РФ с такими близкими понятиями, как качество жизни и уровень жизни, на наш взгляд, является вполне уместной. Основные социальные индикаторы, определяющие, например, уровень жизни в регионе, как правило, коррелируют с общим уровнем его социального развития, поэтому в настоящей работе основной целью является исследование в пандемийный период для регионов Центрального федерального округа (ЦФО) именно уровня жизни населения регионов.На наш взгляд, наиболее удобным будет являться представление такой характеристики в виде числовой детерминанты, которая должна обладать свойствами наглядности и компаративности. В большинстве методик [10, 11] предлагается вычисление агрегированного показателя, подсчитанного на основе частных индикаторов социальной направленности.Вычисление обобщенного показателя уровня социального регионального развития традиционно осуществляется по формуле где ri – «вес», или весовой коэффициент, для каждого из частных индикаторов (Σiri = 1); Qi – числовые значения таких индикаторов; n – число индикаторов, включенных в расчет; I – числовое значение интегрального показателя.Весовой коэффициент («вес») представляет влияние (вклад) каждого из частных показателей на показатель агрегированный, измеряется в пределах от нуля до единицы. Во всех методиках данные коэффициенты определяются экспертами-профессионалами, что вносит в исследования человеческий фактор и не способствует объективности полученных итоговых данных.Отдельно хочется сказать о числе используемых индикаторов социальной направленности. К примеру, ежегодно издаваемый статистический сборник «Регионы России. Социально-экономи-ческие показатели» [12] содержит порядка двухсот показателей, в той или иной мере имеющих отношение к социальной сфере регионов.Существующие сегодня методики предлагают от 3–4 до 10–12 показателей социальной направленности. Дуализм такого подхода заключается в следующем. С одной стороны, выбор небольшого количества частных индикаторов позволяет обработать их математически, но снижает объективность итоговых данных (человеческий фактор также присутствует при непосредственном выборе индикаторов). С другой стороны, выбор значительного числа частных индикаторов неизбежно приводит к трудностям при их обработке (может быть, и к невозможности), при этом человеческий фактор все равно присутствует при выборе индикаторов. Организация и проведение исследованияВ сложившейся ситуации определение уровня регионального социального развития для регионов ЦФО в пандемийный период наиболее объективно можно осуществить на основе агрегированного показателя уровня жизни населения. При этом необходимо попытаться устранить недостатки, характерные для существующих методик.На наш взгляд, присутствие человеческого фактора можно свести к минимуму за счет использования других организационных принципов исследования. В нашем случае как при выборе частных индикаторов социальной направленности, так и на этапе придания им «весовых» характеристик необходимо использовать не одну, а несколько независимых групп экспертов-профессионалов. Итоговый выбор частных индикаторов осуществляется по принципу «максимального присутствия» в разных группах экспертов. Весовой коэффициент отобранных индикаторов определяется как среднее арифметическое по данным экспертов различных групп.В подобной ситуации (при отсутствии у каждой из групп экспертов информации о данных других групп) достигается максимально возможная объективность итоговых данных, которая будет увеличиваться при увеличении количества групп экспертов. При этом исследуемая группа регионов будет находиться в одинаковых условиях, что позволит говорить об универсальном подходе в исследовании уровня социального развития.Объектом исследования в нашем случае стали регионы ЦФО, в который входят восемнадцать субъектов: Белгородская, Брянская, Владимирская, Воронежская, Ивановская, Калужская, Костромская, Курская, Липецкая, Московская, Орловская, Рязанская, Смоленская, Тамбовская, Тверская, Тульская, Ярославская области, город Москва. В работе использовались данные статистического сборника [12] за период 2019–2021 гг.К определению частных индикаторов социальной направленности и придания им «весовых» характеристик привлекались три независимые группы экспертов. Специалистами были отобраны пять основных частных индикаторов, определен их «вес». В табл. 1 приведены частные индикаторы уровня социального развития и соответствующие им весовые коэффициенты. Таблица 1Table 1Частные индикаторы уровня социального развития и соответствующие им весовые коэффициентыPrivate indicators of the level of social development and their corresponding weight coefficientsЧастные индикаторыВесовойкоэффициент  Реальные среднедушевые доходы, тыс. руб.0,2 Реальная начисленная заработная плата работников организаций, тыс. руб.0,4 Реальные среднедушевые расходы, тыс. руб.0,1 Отношение величины прожиточного минимума к среднедушевым доходам населения 0,2 Численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточногоминимума, % к общей численности населения0,1  Согласно показателям табл. 1 максимальная «весовая» значимость соответствует размеру зарплаты работников региона, при этом расходы на одного человека и доля населения с минимальными доходами имеют минимальный «вес».На следующем этапе осуществлялся подсчет агрегированного показателя уровня жизни регионов ЦФО в 2019, 2020 и 2021 гг. по формуле где I – числовое значение интегрального показателя; ri – «вес» для каждого из частных индикаторов, представленных в табл. 1, Σiri = 1; Qi – статистические числовые значения индикаторов;.Необходимо также отметить, что для придания наглядности используемые индикаторы представлены в относительном виде. Такой вид достигался путем деления их числовых значений на числовые значения аналогичных среднероссийских индикаторов. В результате при значении относительного показателя более единицы его показатель превышает средний по России уровень, в противном случае (меньше единицы) – данного уровня не достигает.Данные по агрегированному показателю «Уровень жизни» регионов ЦФО за 2019–2020 гг., а также темп его роста в 2020 г. по отношению к 2019 г. представлены в табл. 2.Таблица 2Table 2Агрегированный показатель «Уровень жизни» регионов ЦФО за 2019–2021 гг.,а также темп его роста в 2020 г. по отношению к 2019 г.Aggregate indicator “Standard of living” of the regions of the Central Federal District for 2019-2021,as well as the rate of its growth in 2020 compared to 2019Регион ЦФОУровень жизниТемп роста(2020 к 2019 г.), %2019 г.2020 г.2021 г.Смоленская область0,74330,71810,7141–3,51Курская область0,81540,78700,7915–3,62Орловская область0,73080,70470,7085–3,71Тверская область0,79410,76040,7613–4,43Воронежская область0,85740,81870,8216–4,72Ивановская область0,69520,66350,6627–4,77Владимирская область0,77480,73850,7414–4,91Калужская область0,93600,89120,8886–5,02Тульская область0,87780,83570,8255–5,03Брянская область0,73900,70320,7035–5,10Ярославская область0,85360,81030,7989–5,34Белгородская область0,89090,84570,8472–5,35Рязанская область0,80680,76440,7654–5,55Липецкая область0,86780,82220,8114–5,55Тамбовская область0,75370,70870,7075–6,34Костромская область0,75360,69790,6986–7,98Московская область1,26491,16041,1546–9,01г. Москва2,01151,82211,8418–10,39 Только Москва и Московская область превысили среднероссийский уровень показателя уровня жизни, причем во всех рассматриваемых периодах. На этом фоне наихудшие показатели демонстрирует Ивановская область (<0,7).Темп роста 2020 к 2019 г. для всех регионов определяется отрицательными числами, что свидетельствует о значительном негативном влиянии пандемийных процессов как на уровень жизни населения, так и на уровень регионального социального развития.Наихудшие показатели демонстрируют лидеры по абсолютному значению уровня жизни населения – Московская область (–9,01) и Москва (–10,39). В условно наилучшем положении находятся Смоленская (–3,51), Курская (–3,62) и Орловская (–3,71) области.Значения агрегированного показателя «Уровень жизни» регионов ЦФО за 2019–2021 гг., а также темп его роста в 2021 г. по отношению к 2020 г. представлены в табл. 3.Таблица 3Table 3Агрегированный показатель «Уровень жизни» регионов ЦФО за 2019–2021 гг.,а также темп его роста в 2021 г. по отношению к 2020 г.Aggregate indicator “Standard of living” of the regions of the Central Federal District for 2019-2021,as well as the rate of its growth in 2021 in relation to 2020Регион ЦФОУровень жизниТемп роста(2021 к 2020 г.), %2019 г.2020 г.2021 г.г. Москва2,01151,82211,84181,07Курская область0,81540,78700,79150,58Орловская область0,73080,70470,70850,54Владимирская область0,77480,73850,74140,39Воронежская область0,85740,81870,82160,35Белгородская область0,89090,84570,84720,18Рязанская область0,80680,76440,76540,13Тверская область0,79410,76040,76130,11Костромская область0,75360,69790,69860,10Брянская область0,73900,70320,70350,04Ивановская область0,69520,66350,6627–0,13Тамбовская область0,75370,70870,7075–0,17Калужская область0,93600,89120,8886–0,30Московская область1,26491,16041,1546–0,50Смоленская область0,74330,71810,7141–0,56Тульская область0,87780,83570,8255–1,24Липецкая область0,86780,82220,8114–1,33Ярославская область0,85360,81030,7989–1,44 Согласно табл. 3 к окончанию 2021 г. по сравнению с предыдущим годом десять регионов из восемнадцати имеют хоть и незначительные, но положительные числовые значения темпов роста.Лидерство со значительным отрывом принадлежит городу Москве (1,07), наихудшие показатели демонстрируют Ярославская (–1,44), Липецкая (–1,33) и Тульская (–1,24) области.В процессе исследования также определен темп роста показателя «Уровень жизни» населения за двухлетний период 2019–2021 гг. Полученные данные представлены в табл. 4.Таблица 4Table 4Агрегированный показатель «Уровень жизни» регионов ЦФО за 2019–2021 гг.,а также темп его роста в 2021 г. по отношению к 2019 г.Aggregate indicator “Standard of living” of the regions of the Central Federal District for 2019-2021,as well as the rate of its growth in 2021 compared to 2019Регион ЦФОУровень жизниТемп роста(2021 к 2019 г.), %2019 г. 2020 г.2021 г.Курская область0,81540,78700,7915–3,02Орловская область0,73080,70470,7085–3,14Смоленская область0,74330,71810,7141–4,09Тверская область0,79410,76040,7613–4,32Воронежская область0,85740,81870,8216–4,35Владимирская область0,77480,73850,7414–4,50Ивановская область0,69520,66350,6627–4,90Брянская область0,73900,70320,7035–5,05Белгородская область0,89090,84570,8472–5,16Калужская область0,93600,89120,8886–5,33Рязанская область0,80680,76440,7654–5,41Тульская область0,87780,83570,8255–6,34Тамбовская область0,75370,70870,7075–6,52Ярославская область0,85360,81030,7989–6,85Липецкая область0,86780,82220,8114–6,96Костромская область0,75360,69790,6986–7,87г. Москва2,01151,82211,8418–9,22Московская область1,26491,16041,1546–9,55                   Обращает на себя внимание тот факт, что все значения показателя темпа роста в табл. 4 ниже нуля (как и в табл. 2). Худшие значения вновь соответствуют Московской области (–9,55) и Москве (–9,22). В относительных лидерах Курская (–3,02) и Орловская (–3,14) области. ЗаключениеПроведенные исследования динамики уровня жизни населения регионов ЦФО (в контексте уровня регионального социального развития) в пандемийный период (2019–2021 гг.) позволили выявить ряд закономерностей. По организации исследования:– оценку уровня регионального социального развития целесообразно производить путем вычисления агрегированного показателя, подсчитанного на основе частных индикаторов социальной направленности; – наглядность показателю качества жизни населения (как и частным индикаторам) возможно придать путем деления на аналогичный среднероссийский показатель;– привлечение на этапах выбора частных индикаторов социальной направленности и придания им «весовых» характеристик нескольких (в нашем случае трех) групп экспертов позволяет значительно повысить объективность исследований.По результатам исследования:– пандемийные процессы в 2019–2020 гг. негативно повлияли на уровень жизни (уровень социального развития) всех регионов ЦФО (темп роста составляет от –3,51 до –10,39 %). Наиболее серьезно при этом «пострадали» регионы с максимальными значениями показателя «Уровень жизни» (Москва и Московская область);– в период 2020–2021 гг., по-видимому, за счет мер, предпринятых регионами, отрицательная динамика в десяти субъектах ЦФО из восемнадцати анализируемого показателя сменилась динамикой положительной;– результаты анализа двухлетнего периода (окончание 2019 г. – окончание 2021 г.) определили, что ни один регион ЦФО не вернулся к прежним показателям (темп роста: от –3,02 до –9,55 %), при этом влияние негативных процессов на момент окончания данного периода не позволяет не только улучшить уровень жизни населения, но и вернуть его на прежний уровень.